Меню

Как лечили сахарный диабет в ссср

Для лечения суставов наши читатели успешно используют DiabeNot. Видя, такую популярность этого средства мы решили предложить его и вашему вниманию.
Подробнее здесь…

АСД – препарат, который был открыт и разработан в середине двадцатого века русским ученым-экспериментатором Алексеем Власовичем Дороговым. Многие люди его именуют не иначе как «эликсир жизни». Слухи молниеносно распространили новости о появлении нового чудо-лекарства. Ученого, который изобрел это средство, не оставляли в покое тысячи людей, потерявших веру в свое выздоровление и в традиционную медицину. Популярен стал АСД при диабете 2 типа.

Сохранилось внушительное количество писем с благодарными отзывами от его пациентов, лечившихся по изобретенным методикам доктора Дорогова. Многие из них страдали заболеваниями сердечно-сосудистой, бронхолегочной систем, онкологическими процессами или поражениями нервной системы.

Препарат помог вернуть здоровье матери Лаврентия Павловича Берии, которая страдала раком в 1940-х годах. Но при всех позитивных моментах чудо-лекарства чиновники его не приняли, потому что применение изобретения рушило абсолютно все убеждения, принятые обществом, а также абсолютно не соответствовало результатам научных запросов.

Открытие, применение которого способно перевернуть мир, однако по ряду причин не сделавшее этого, не пропало бесследно. Препарат достаточно активно и эффективно применяется для комплексной терапии тяжелых больных, вплоть до онкологических процессов, а также в ветеринарной медицине.

В начале 1940-х годов сразу несколько лабораторий разных НИИ в СССР получили засекреченное задание от правительства по разработке препарата, который защитит живые существа от влияния радиоактивного излучения. Средство должно было быть дешевым, а, значит, его должно быть в достатке. При этом оно должно стремительно, с высокой эффективностью, улучшать защитные свойства организма. За счет этих очень жестких рамок исследователи оказались перед неразрешимой задачей.

Успешными были только исследования в лаборатории Всесоюзного института экспериментальной ветеринарии, которая работала под началом доктора Дорогова А.В. За счет своего таланта к проведению различных экспериментов, а также нетрадиционных методов решения этой проблемы был достигнут результат.

В качестве сырья использовались лягушки, а термическая возгонка ткани с последующей конденсацией использовались как метод переработки. В итоге получилась жидкость с антисептическими, иммуностимулирующими и восстанавливающими эффектами. После открытия ее назвали АСД – антисептик-стимулятор Дорогова.

Поначалу лаборатория использовала как сырье лягушек, но со временем их заменили мясокостной мукой. Такие изменения не ухудшили работоспособность лекарства по причине уничтожения белковых молекул ДНК сырья за счет высокой температуры.

Первая фракция – это обычная вода, а значит, не может применяться для лечения заболеваний, следовательно, по своей сути бесполезна для медицины. А две последующие, имеющие способность растворяться в воде, жире или спирте, обладают уникальными свойствами. Как раз они используются для терапии людей и животных.

Третья фракция создана исключительно для применения снаружи, и помогает в борьбе грибками или кожными паразитами, а также ей проводят дезинфекцию раневых поверхностей.

Она способна лечить всевозможные заболевания кожи – экзему, акне, псориатические, трофические дефекты кожного покрова.

До изобретения АСД патологии, сходные по своему этиопатогенезу с псориазом, совершенно не поддавались никакой терапии, а после испытания препарата на добровольцах дерматологи довольно потерли руки.

Вторая фракция разбавляется при помощи воды и предназначена в основном для внутреннего применения, но не исключено и наружное.

Следует отметить, что препарат показывает очень хорошие результаты и не имеет побочных эффектов, при этом он усиливает действие других лекарственных средств.

Ни для кого не секрет, что препарат помогает эффективно снизить гликемию. Это снижение сахара при диабете может быть очень длительным. Если при сахарном диабете 2 типа форма легка, то может даже наступить полное излечение.

Это состояние вовсе не является чудом. Применение АСД фракции 2 при диабете способствует восстановлению и нормализации работы желез внутренней секреции и эндокринной системы в целом. Следует отметить, что не стоит опасаться применения этого лекарства при диабете, ведь оно не принесет вреда и поможет лечить недуг.

Для эффективного лечения при сахарном диабете 2 типа рекомендовано употреблять по 10 капель, предварительно растворив их в 100 мл воды. Первые 5 дней доза не меняется, а по их прошествии увеличивается на 5 капель. Затем следует трехдневный перерыв, а потом дозу увеличивают еще на 5 капель и пьют еще 5 дней. Затем снова следует трехдневный перерыв. Применение препарата рекомендовано курсами.

Эффективнее всего АСД фракция 2 нормализует гликемию при незапущенном сахарном диабете 2 типа. Препарат также хорошо влияет на клетки поджелудочной железы, способствуя их восстановлению.

Поджелудочная железа обладает внешней и внутренней секрецией. Пищеварительные ферменты вырабатываются в ее теле и влияют на процесс пищеварения непосредственным образом. Главным из них является панкреатин. А в хвосте поджелудочной железы располагаются островки Лангерганса, которые продуцируют инсулин и глюкагон, конкурентные гормоны. Инсулин борется с сахаром, а глюкагон, являясь контринсулярным гормоном, его повышает.

АСД фракция 2 способствует восстановлению хвоста и тела поджелудочной железы, что ведет за собой нормализацию работы ее хвоста и островков Лангерганса, а как результат – нормализация углеводного обмена и лечение как самого диабета, так и осложнений, возникающих при сахарном диабете.

При внутреннем применении АСД фракции 2 биологическое действие препарата заключается в активации центральной и вегетативной нервной систем. Также происходит стимуляция моторных функций органов пищеварения, запускаются процессы регенерации в них. Препарат активирует секрецию желез, активно участвующих в пищеварении, а также железы внутренней секреции.

Повышается активность ферментов, эффективность ферментативных процессов, а ионы натрия и калия лучше проникают сквозь мембраны клеток, что приводит к улучшению резистентных (защитных, снижающих воздействие внешней среды) свойств организма и нормализации метаболических процессов.

За счет этого могут запуститься по-новому те органы и системы, которые либо ухудшили свою работоспособность, либо не работают вообще.

Наружное применение фракции 2 обладает стимулирующим действием на ретикулоэндотелиальную систему. Нормализуются трофические процессы и значительно ускоряется регенерация ткани. Наружное применение показано и в тех случаях, когда необходимо антисептическое и противовоспалительное действие.

Фракция 3 применяется исключительно наружно, и также как и АСД 2 стимулирует ретикулоэндотелиальную систему, благотворно влияет на трофику и регенерацию тканей. Препарат относят к веществам с умеренной опасностью. В правильных дозах не обладает раздражающим или способным вызвать аллергическую реакцию действием.

Следует учесть, что препарат официально не разрешен и не допущен к применению в медицинской практике, поэтому точных научных данных об эффективности использования, его побочных действиях, противопоказаниях не существует. Лечение этим средством проводится лишь на страх и риск врача и пациента как комплексно, так и самостоятельной лекарственной единицей.

Отдельного внимания заслуживает то, что препараты АСД 2 и АСД 3 разрешены и допущены к применению в области ветеринарной медицины, но по состоянию на сегодня они потеряли свою популярность и используются очень редко.

Но, даже несмотря на то, что препарат не признан практикующими врачами и не включен ни в один протокол лечения как при сахарном диабете, так и при других патологиях, его сторонники и поклонники рассматривают его как одно из самых лучших и универсальных средств терапии большого количества разнообразных заболеваний. Некоторые доктора вновь вспомнили об этом препарате спустя достаточно большое количество времени, и они уверяют в том, что он действительно работает и помогает излечить различные тяжелые заболевания, такие как сахарный диабет или даже рак.

Во время терапии этим препаратом категорически запрещено употреблять спиртные напитки и курение. Также следует помнить, что лекарство имеет очень резкий и неприятный аромат.

источник

Казалось бы, чего только сегодня не известно пациентам о сахарном диабете – одном из самых распространенных заболеваний нашего времени?

В основном – благодаря усилиям СМИ.


Тем не менее, врач-эндокринолог Леонид Зайцев попытался собрать и представить читателям малоизвестные и любопытные факты об этом заболевании.

Первые попытки лечить диабет были предприняты еще до нашей эры. Древнегреческие и древнеримские медики использовали для этого массаж, гимнастику, ванны, ароматерапию и многое другое. В XIX веке для больных диабетом была разработана мясная диета с малым содержанием углеводов.

Через несколько десятилетий появилось еще немало диет, стала популярна терапия с применением опиума и кровопускание. Однако наиболее эффективными оказались диеты, в которых количество потребляемых калорий было строго ограничено. Это было тяжело для пациентов, однако несколько продлевало жизнь больным с диабетом 2-го типа, при которой уменьшается не выработка инсулина, а чувствительность к нему клеток. С диабетом 1-го типа (частичным или полным прекращением выработки инсулина) дела обстояли куда печальнее: до появления инсулинотерапии пациенты с этим заболеванием погибали вскоре после возникновения первых симптомов.

Первую попытку лечить сахарный диабет инъекциями инсулина предприняли в 1922 году. Но она оказалась не совсем удачной: у пациента, 14-летнего Леонарда Томпсона, немедленно развились побочные реакции. Препарат пришлось спешно доработать и всего через 3 недели ученым удалось создать препарат, эффективно и без побочных эффектов снизивший уровень глюкозы с 28,9 до 6,7 ммоль/л. После начала инсулинотерапии Томпсон прожил еще 13 лет и умер от пневмонии, развившейся, впрочем, на фоне кетоацидоза – осложнения сахарного диабета.

Есть мнение, что, начав колоть инсулин, человек уже не сможет от него отказаться, поэтому лучше вообще не использовать «эту гадость» или хотя бы отложить первую инъекцию «на черный день». Однако на самом деле такое поведение чревато осложнениями. При сахарном диабете всегда наблюдается дефицит инсулина, он может носить абсолютный (при СД 1-го типа) или относительный (при СД 2-го типа) характер. Никаких способов восполнения абсолютной нехватки инсулина, помимо регулярных инъекций, медицина не знает. Поэтому если и назвать инсулин наркотиком, то тогда справедливо будет отнести к этой категории воздух и воду.

Однако при сахарном диабете 2-го типа начало инсулинотерапии можно отложить надолго или даже навсегда, выполняя рекомендации лечащего врача: соблюдая диету и принимая сахароснижающие препараты. Но если удержать уровень глюкозы в пределах нормы не удается и врач советует начать инсулинотерапию, лучше согласиться, иначе могут преждевременно развиться серьезные осложнения: в том числе синдром диабетической стопы и диабетическая энцефалопатия, характеризующаяся в частности нарушением памяти и внимания.

В 1940-х годах появился первый инсулин продленного действия, который работал вдвое больше стандартных 6-8 часов. К нашему десятилетию продолжительность действия выросла уже до 26 часов, и на данный момент схема уколов в общем виде выглядит так: уколы «длинного» инсулина 1-2 раза в день и «короткого» – перед каждым приемом пищи.

Впрочем, вполне возможно, что такое положение дел в ближайшем будущем изменится. Группа исследователей из Массачусетского технологического института разработала новый метод доставки инсулина для больных диабетом 1-го типа – инъекционный гель с наночастицами. По словам ученых, он может со временем стать основным средством лечения сахарного диабета и позволить пациентам не только жить без частых инъекций, но и без особого мониторинга. Наночастицы, содержащиеся в геле, реагируют на концентрацию глюкозы в организме и автоматически вырабатывают нужное количество инсулина. Пока, правда, гель еще не дошел до стадии клинических исследований.

Кроме того, совсем недавно фармацевтическая компания Novo Nordisk заявила, что к 2020 году в продаже появится инсулин в таблетках. А вот ингаляционный инсулин компании Pfizer не смог приобрести популярность. На некоторые другие методы доставки инсулина (в частности глазные капли или введение инсулина с помощью безыгольного инъектора через поры) сейчас тоже не делается ставка потому, что точную дозу инсулина, которая попадает в кровь, в этих случаях невозможно рассчитать.

Как правило, причиной диабета 1-го типа является аутоиммунная агрессия – разрушение иммунной системой клеток, вырабатывающих инсулин. Спровоцировать процесс может, например, перенесенная простуда – любой физиологический или психоэмоциональный стресс, но только при наличии генетической предрасположенности, повлиять на которую современная медицина не в состоянии. Впрочем, недавно в Великобритании был запущен проект разработки вакцины от сахарного диабета 1-го типа. Полностью от болезни она вряд ли защитит, но продлит период жизни, предшествующий заболеванию, и замедлит развитие болезни.

А вот защититься от сахарного диабета 2-го типа, в общем, возможно. Правда, отказаться придется не только от сладкого, но и от жирного и мучного, а также от долгих посиделок на диване, ведь риск развития этой болезни напрямую зависит от количества лишних килограммов. Следует, однако, помнить, что отказ от сладкого сам по себе не является способом лечения уже развившегося диабета примерно по той же причине, по которой ношение каски не избавляет от имеющегося сотрясения мозга. Частое употребление сладостей истощает резервы поджелудочной железы и снижает чувствительность тканей организма к инсулину, причем процессы эти слабо обратимы. Не допустить развития инсулинорезистентности (нарушения взаимоотношений инсулина и рецепторов) гораздо проще, чем вернуть тканям способность.

Хотя сахарный диабет – это серьезное и порой инвалидизирующее заболевание, современные лекарственные препараты и глюкометры (приборы для измерения уровня глюкозы) позволяют пациентам вести активный образ жизни. Насколько активный? Это зависит от самого человека. Знаменитому бразильскому футболисту Пеле сахарный диабет не помешал стать рекордсменом по числу выигранных чемпионатов мира. Титулованный американский теннисист Билл Талберт прожил с болезнью ровно 70 лет (заболел он в 12, а умер в 82); а известный канадский хоккеист Бобби Кларк (заболевший в 13) 19 лет играл в качестве любителя и еще 15 занимался хоккеем профессионально. Производители глюкометров со временем стали ориентироваться на активных пациентов и начали выпускать приборы, которые, например, можно использовать во время высокогорных походов. В частности вся линейка глюкометров One Touch работает на высоте до 3050 м.

Разумеется, есть много желающих заработать на таком распространенное заболевании, как диабет. Продавцы БАД зачастую вписывают сахарный диабет в список показаний просто потому, что это повышает продажи. Но, конечно, «лечат» диабет не только БАДами. Среди многообразия предлагаемых методов – сотни вариантов траволечения, биорезонансная терапия, прием всевозможных химических веществ, например, перекиси водорода, озонирование крови, использование кремния, ванадия и других элементов. Есть даже любители лечить диабет ношением нитки жемчуга – якобы он снижает уровень сахара в крови.

Читайте также:  Таблетки от недержания мочи у пожилых женщин при сахарном диабете

Все «народные средства» можно поделить на две группы: вредные и безвредные. Отталкиваться от эффективности сложно, так как никаких клинических исследований этих методов, разумеется, не проводилось, а истории «счастливо исцелившихся» находятся всегда. При этом находятся истории и тех, кто ухудшил свое здоровье, принимая неизвестные и разрекламированные препараты. К примеру, гомеопатия вряд ли может кому-то повредить: действующие вещества в этих препаратах присутствуют в таких разведениях, что, вероятнее всего, ни одной его молекулы в растворе просто не будет. А вот траволечение может быть опасным: в растениях содержится много всевозможных химических соединений, и побочные эффекты от них могут быть непредсказуемыми. Например, галега лекарственная (козлятник лекарственный), которую используют как сахароснижающее средство, токсична, хотя полученное из нее вещество гуанидин привело исследователей к созданию метформина – препарата, нередко необходимого пациентам с диабетом 2-го типа (выпускается в таблетках).

Существует убеждение, что пациентам с диабетом алкоголь идет только на пользу, так как он снижает сахар в крови. Однако действительности это не соответствует, и, более того, «лечение» большими дозами алкоголя может быть очень опасным. На самом деле уровень сахара от спиртного вовсе не падает: алкоголь лишь блокирует поступление глюкозы в кровь из печени. Запас углеводов в этом органе нужен для того, чтобы поддерживать уровень сахара в крови в норме: когда все углеводы из пищи расходуются, в кровь поступает глюкоза из печени. В случае же, если этот механизм заблокирован, у больного диабетом может развиться гипогликемическая кома. Это не означает, что людям с диабетом вовсе нельзя пить. При хорошо контролируемом диабете и правильно подобранной терапии можно позволить себе умеренное количество спиртного, желательно с пищей, во избежании гипогликемии. Также необходимо помнить, что после употребления алкоголя доза инсулина должна быть уменьшена.

Что касается курения, то бытует мнение, будто курящим диабетикам ни в коем случае нельзя избавляться от этой привычки, поскольку в итоге можно набрать вес и ухудшить контроль над заболеванием. И будто бы у здоровых людей отказ от курения может стать причиной диабета. Как недавно выяснилось, развитие диабета 2-го типа действительно может быть связано с отказом от курения и последующим набором веса (4-5 кг). Однако исследователи отмечают, что риски развития сердечно-сосудистых заболеваний, связанные с курением, куда серьезнее, чем опасность поправиться.

В развитии диабета и 1-го, и 2-го типов наследственность действительно играет роль. Это заболевание является полигенным – за его появление отвечает целая группа генов. Но разные типы диабета по-разному зависят от наследственных факторов. Если мать болеет диабетом 1-го типа, вероятность, что он будет и у ребенка, составляет 1%, если во время беременности женщине было больше 25 лет, и 4% – если меньше. В случае, когда диабет 1-го типа есть у отца, у ребенка есть 10%-ная вероятность заболеть.

C сахарным диабетом 2-го типа ситуация хуже: если это заболевание есть у родителей, риск его развития существенно выше. Однако это не приговор. Дело в том, что родители передают по наследству не само заболевание, а факторы, ведущие к его развитию: склонность к полноте, проблемы с жировым обменом и с сердечно-сосудистой системой. Таким образом, сбалансированная диета, контроль веса и регулярные спортивные тренировки будут самой эффективной профилактикой.

Есть еще несколько крайне редко встречающихся разновидностей этого заболевания. Например, неонатальный сахарный диабет. Это достаточно редкая болезнь, за ее развитие отвечает изменение в одном гене. Проблема в данном случае может быть во врожденном дефекте каналов, которые выбрасывают инсулин. Неонатальный диабет бывает транзиторным, то есть проходящим самостоятельно примерно к 3-му месяцу жизни ребенка (и иногда возвращающимся впоследствии), и нетранзиторным – в таком случае детей переводят на инсулинотерапию или препарат сульфанил-мочевина в таблетках.

Кроме того, существует несколько других типов сахарного диабета, связанных с поломкой в одном гене. Иногда эти заболевания не требует никакого лечения, кроме упражнений и диеты. Также несколько десятилетий назад стало ясно, что существует так называемый диабет 1,5-го типа (латентный аутоиммунный диабет взрослых, latent autoimmune diabetes in adults, LADA). Если говорить упрощенно, это медленно развивающийся диабет 1-го типа, который часто принимают за диабет 2-го типа. По мнению врачей, LADA развивается у 10% больных диабетом.

Понравился наш сайт? Присоединяйтесь или подпишитесь (на почту будут приходить уведомления о новых темах) на наш канал в МирТесен!

источник

С овременная цивилизация умеет проигрывать с комфортом. Недавно мне в почтовый ящик бросили рекламную листовку. Точнее, целый буклет. На лицевой стороне молодые, дико жизнерадостные молодые люди, взявшись за руки и привольно хохоча, бегут навстречу зрителю. А ласковый шаловливый ветер треплет их больничные хламиды.

Это счастливая пара больных диабетом. Буклет рекламирует специальный приборчик для диабетиков, предназначенный для измерения уровня сахара в крови. Довольный вид больных говорит о том, что им очень нравится болеть диабетом с этим приборчиком. Приборчик и вправду удивительный. Он напоминает мобильный телефон и также красив — экранчик на жидких кристаллах, кнопочки. Видно, что над внешним обликом прибора серьезно поработали дизайнеры (изготовители в буклете особо хвастают дизайном). К аппаратику прилагается специальный, хитро скроенный чехол, в нем даже предусмотрено особое отделение для пластиковой баночки с бумажками-пробниками — так называемыми тест-полосками. На тест-полоску наносится капля крови, после чего тест-полоска вставляется в прибор. Для добывания крови предназначено космического вида приспособление, напоминающее авторучку. Для него также предусмотрено специальное отделение в чехле прибора.

Прибор незаменим для деловых людей — анализ тест-полоски с нанесенной каплей крови занимает всего пять секунд!

Прибор может связываться с компьютером через ИК-порт!

Прибор имеет память на двести последних результатов анализов с временем и датой!

Прибор сам делает расчет среднего значения уровня глюкозы за последние две недели!

Прибор имеет функцию автоматического выключения!

. Не хошь, да купишь. Никогда еще мы не болели с таким комфортом!

И еще одна милая деталь — в каждом пластиковом цилиндрике с тест-полосками содержится ярко-оранжевый (для красоты) кодовый чип, который нужно вставлять в прибор каждый раз, когда вы покупаете новую упаковку тест-полосок, иначе приборчик будет врать. Это сделано для того, чтобы вы покупали тест-полоски только у означенной фирмы, обеспечивая ей постоянную денежную капель. Каждая капля крови диабетика приносит несколько центов прибыли фирме.

Помимо этого чудесного приборчика продается еще куча других, подобных, десятки видов всевозможных лекарств, шприцы и, конечно же, его величество Инсулин. Наверное, нет болезни доходнее диабета. Ну, разве еще наркотики продавать столь же выгодно: там тоже потребитель «сидит на игле» и каждый день нуждается в продавце. Разница в том, что если наркоману без дозы будет очень плохо, то диабетик без инсулина просто умрет. Идеальный товар! Купи себе немного жизни!

При этом диабет наступает. Каждые пятнадцать лет число больных удваивается. При таких темпах через тридцать лет в каждой второй семье в мире будет свой больной диабетом. Не болезнь — мечта!

Нет ничего выгоднее неизлечимых болезней. В США на лечение диабета тратится ежегодно триста миллиардов долларов. В России — миллиард. Только на закупки инсулина у нас расходуется сто миллионов долларов. Государство в бесконечном милосердии своем закупает этот инсулин на бюджетные деньги и раздает диабетикам. Каждый фармацевтический фабрикант мечтает получить кусок этого гарантированного оптового пирога. Решают, у кого из фабрикантов закупать, чиновники из Минздрава. Самая страшная минздравовская коррупция сидит именно на инсулине. Случалось, наши чиновники закупали у фармацевтических компаний партии инсулина в шесть (!) раз дороже среднерыночной цены. О величине «отката» можете помечтать сами. Деньги там ходят страшенные. Потому, бывает, и постреливают.

Вылеченный диабет никому не нужен — ни производителям инсулина, ни продавцам чудо-приборчиков, ни Минздраву. Нужен он только больным (да и то не всегда, но об этом ниже).

. А между тем диабет излечим.

Собственно, об этом знали еще в начале прошлого века. Именно тогда русский врач Залманов излечивал диабет с помощью гипертермии. Он клал больных в очень горячую ванну и некоторое время прогревал. Через определенное число сеансов диабет проходил. Метод был основан на том, что при высокой температуре в тканях начинается рост капилляров. А у людей с хорошей капиллярной системой диабета не бывает. И напротив, сам диабет разрушает капиллярную систему.

— Это естественно, — говорит Борис Жерлыгин, спортивный физиолог, автор одной из результативных методик по избавлению от диабета. — Представьте себе кровь с повышенным содержанием сахара. По жилам течет сироп, варенье! В самые тонкие сосуды такую загущенную кровь нетренированное сердце протолкнуть не в состоянии. Капилляры атрофируются, ткани начинают гнить. По количеству ампутаций конечностей диабетики лидируют. Поэтому первое, что нужно делать для борьбы с диабетом, — тренировать сердечно-сосудистую систему. Тогда вы сможете по меньшей мере избежать осложнений, таких как непроходящие язвы, ампутации. А по большей — избавиться от диабета.

Большой минус системы доктора Залманова состоял в том, что некоторые люди со слабой сердечно-сосудистой системой гипертермии не выдерживали — в его горячих ваннах они получали инфаркт и даже умирали. Нужен был другой метод восстановления капилляров. Собственно, медицине он был известен всегда — движение. Еще за 600 лет до н.э. древние индийцы применяли физические упражнения для лечения диабета.

— Капилляры прорастают под воздействием определенной мышечной нагрузки, сопровождаемой правильным дыханием, — продолжает Жерлыгин. — Известно, что нагрузка снижает содержание сахара в крови. Сто лет назад, когда никаких препаратов по лечению диабета еще не было, врачи рекомендовали больным побольше двигаться. Больной диабетом Шаляпин колол дрова перед едой. И в основе моего метода излечения лежит нагрузка. Плюс специальная система дыхания. Плюс диета. Плюс работа с нервной системой больного.

Сам Жерлыгин с проблемой диабета столкнулся случайно лет двадцать назад. Тогда Борис был простым советским спортсменом. А простым советским спортсменам любили давать инсулин в качестве допинга, честно, правда, предупреждая, что на инсулиновом допинге нужно быть предельно осторожным: перегрузка может привести к резкому падению сахара в крови, коме и смерти. И вот как-то разговор Бориса с его тренером перетек с инсулина на диабет. «А ведь диабет в начальной стадии можно вылечить довольно легко, — сказал тогда тренер. — Физической нагрузкой в анаэробном режиме. Бегуны, марафонцы, лыжники — люди с хорошим углеводным обменом — никогда не болеют диабетом».

На юного Бориса тогда это произвело сильное впечатление. «Почему же вы не пойдете в Минздрав и не предложите эту методику хотя бы в качестве профилактики диабета?» — спросил Борис тренера. «Жить хочу не в психушке», — ответил тот.

— Меня поразили его глаза в тот момент, — вспоминает Жерлыгин. — Они были как у побитой собаки.

Борис оказался не настолько осторожен, как его тренер. Увлекшись этой идеей, он сначала стал запоем читать книги по диабету, потом разработал и опробовал систему физических упражнений для его ликвидации, после чего пошел в Минздрав.

Так началась в его жизни полоса, полная тягот и приключений. К тому времени Жерлыгин уже имел уйму вылеченных людей — гору историй болезней, которые подтверждали: системой физических упражнений с диабетом можно бороться. Были опыт, статистика. Были даже ученики, которые подхватили знамя и тоже стали успешно лечить. Вместо признания Жерлыгин и Ко получили много головной боли, обид, клеветы, подметных писем и даже размахивание пистолетом у носа. От совсем печального итога спасли хорошие связи в организации с незатейливой вывеской — «ФСБ». Даже в этой грозной конторе люди болеют диабетом, и некоторые из них лечились у Жерлыгина. После включения ими каких-то невидимых приводных ремней злые люди от Жерлыгина и его учеников отстали, но и его метода лечения и профилактики диабета Минздрав не принял. Война закончилась вничью. В результате Борис остался в той же странной нише, в которой практиковал и раньше, — руководителем физкультурного клуба «Прощай, диабет». Это ему позволили: мол, ты физкультурный физиолог, вот и занимайся своей гимнастикой, а в медицину не лезь!

— Слушайте, неужели простым бегом трусцой можно вылечить диабет?

— Простым бегом можно вылечить диабет! Но только в начальной стадии. Диабет ведь имеет два типа, две стадии развития. Диабет второго типа — начало болезни. Первый тип — это уже инсулинозависимый диабет. Но и его можно вылечить! Только это работа на порядок сложнее.

— Разве можно снять человека с инсулина?

— Можно! Дайте мне любого человека, и, если он станет со мной сотрудничать, я его сниму с инсулина! Беда в том, что многие этого не хотят. Для этого нужно каждый день в течение примерно полутора часов делать индивидуально подобранный для каждого человека комплекс упражнений.

— Знаете, проще сделать укол.

— Так многие и рассуждают. У меня была одна женщина из провинции. Я ей дал комплекс. А она мне потом сообщает: «Я уважаемый человек в своем городе и не могу допустить, чтобы люди видели меня на улице, делающей такие упражнения. Это несолидно». Ей проще колоться. Но если человек подумает, то поймет, что вылечиться рентабельнее, чем колоться! Упражнения отнимут у вас час-полтора часа в день — примерно одну двадцать четвертую часть жизни. То есть около 6%. А диабет первой стадии сокращает жизнь на 30% — это данные ВОЗ. Излечившись, вы не только вернете себе эту треть, отнятую диабетом, но и прибавите к своей «положенной по штату» жизни еще лет десять, потому что упражнения вообще продлевают жизнь.

Читайте также:  Престариум можно ли применять при сахарном диабете

Если человек с первой степенью будет даже не заниматься по моей методике, а просто бегать, он снизит необходимую дозу инсулина в десять раз. А у нас медицина словно нарочно доводит человека от второй стадии диабета до первой — инсулинозависимой. Больного начинают пичкать таблетками, повышающими содержание сахара в крови. Поэтому начинающим диабетикам я запрещаю есть таблетки. Потом, в зависимости от состояния человека, даю нагрузки. Ясно, что пережившему три инфаркта показаны одни нагрузки, а здоровяку — другие. Нельзя просто взять и самостоятельно начать бегать от диабета. Нужно сначала проконсультироваться с врачом, а то прибежите прямо в могилу.

— А почему люди вообще заболевают диабетом?

— Много жрут и мало двигаются. Как вы думаете, насколько больше переедает современный горожанин по сравнению с тем, что ему действительно необходимо?

— Раза в три как минимум. Я как-то задумался: неужели я умру от голода, если буду есть раза в три меньше, чем сейчас? Да нет, конечно! Ну, похудею в крайнем случае. Мне кажется, даже если я буду есть впятеро меньше, то не умру. Просто жира не будет.

— Вот вам один из способов профилактики и лечения диабета! Знаете, марафонец может пробежать триста километров. Сегодня мировой рекорд суточного бега — триста три км. Вот на столько спортсмену хватает энергии от еды. Теперь возьмем обычную заплывшую жиром тетку — сколько она сможет пробежать?

— Ну, метров двести. Потом сдохнет.

— Вот именно. В полторы тысячи раз меньше! Вы думаете, она и ест в полторы тысячи раз меньше спортсмена? Да почти столько же или даже чуть больше! И питание ее менее сбалансированное и качественное. Ну и куда идет вся эта уйма энергии? В унитаз, в жир, в разрушение организма. Эта сверхпотребление просто разносит организм! Оно может выстрелить диабетом, инфарктом, подагрой, раком. Все болезни — от нештатной эксплуатации организма.

— Сахар — белый яд! Еда — твердая смерть! Пора с ними кончать.

. Несколько групп врачей уже работают по методике Жерлыгина, излечивая больных со вторым (не инсулинозависимым) типом диабета. Иногда у них получается даже снимать с инсулина больных первым типом диабета. Правда, работают эти врачи нелегально, полуподпольно.

Помимо жерлыгинской в России существуют еще несколько подобных системных разработок по борьбе с диабетом разных авторов. Все они, включая методику Жерлыгина, наиболее применимы именно для целей профилактики, чтобы здоровый человек не получил второго типа диабета, а второй тип диабета не перешел у больного в первый. Однако Минздрав до сих пор предпочитает таблетки.

Пациент М. Болеет диабетом 28 лет. Дозировка инсулина 70 — 75 единиц в сутки. За год лечения у Жерлыгина суточная доза инсулина снижена до 9 — 14 единиц.

Пациент Б. 42 года. Диагноз поставлен в марте в клинике Управления делами Президента РФ. Назначен инсулин — 14 единиц в сутки. Поступил на лечение к Жерлыгину в апреле. 18 мая инсулин отменен.

Пациентка Н. 51 год. Вес 90 кг. Наследственная предрасположенность к диабету — им болели мама, бабушка. Диагноз: диабет второго типа. Начала заниматься по методике Жерлыгина. Нормализовался сахар, резко улучшилось самочувствие. Таблеток не принимает. В последнее время даже начала есть сладкое.

Пациент А. мальчик 12 лет. Доза инсулина 24 единицы в сутки. За месяц лечения у Жерлыгина (с 6 июня по 10 июля) снят с инсулина. В настоящее время живет без инсулина.

Пациентка 75 лет — резко ухудшилось зрение, отказывали почки, готовилась к ампутации, огромное давление. Сейчас ей далеко за 80, читает без очков, приседает по 200 раз, почки в норме

источник

Три истории людей, которые давно живут с диабетом

Веронике Чикиной 37 лет и она живет в Кызылорде. Сахарный диабет первого типа ей поставили 27 лет назад. «Мне было 10 лет, это еще был Советский Союз. Металлические шприцы, ужасные иголки и свиной инсулин», — вспоминает Вероника.

Тогда, в 1990 году, Вероника сперва переболела гепатитом А, затем неделю походила в школу, и подхватила грипп – очень тяжелый, Вероника считает, что именно он привел к диабету. До нее в семье не было ни диабетиков, ни гипертоников. Три дня держалась температура в 40 градусов, когда она спала, легче не стало — постоянно тошнило и рвало. Вызвали участкового врача, он сказал, что это осложнение после гриппа, и надо пить чай с малиной и медом. Никто тогда не знал, что у 10-летней девочки сахар уже был 29 (норма — 6). Бабушка Вероники проработала 40 лет медсестрой в инфекционной больнице, и именно она предложила взять кровь на сахар, хотя в больнице считали, что это воспаление легких. Когда брали кровь, Вероника уже впала в кому. Месяц в реанимации, затем направление в Алма-Ату, где ее научили ставить инсулин и соблюдать диету. «Помню, как зашла в процедурный кабинет, и там сидели дети и кололи себе инсулин — кто в руку, кто в ногу, у меня был шок, тряслись руки, когда я пыталась сделать укол. Мне сказали, что не выпустят из больницы, пока не научусь колоть инсулин. Это нужно было, чтобы жить дальше».

Тогда еще было время многоразовых шприцев. После выписки ассоциация диабетиков выдала Веронике коробку с сотней одноразовых шприцов, и девочка старалась делать несколько уколов одним шприцом – пока иголка не притуплялась. Потом одноразовые шприцы стали привычным делом, теперь же больные диабетом пользуются шприцами-ручками.

В 80-х годах и в начале 90-х диабет воспринимался как ЧП, поэтому у Вероники было освобождение от физкультуры и экзаменов. В классе все ученики относились к ней по-особенному. Вероника вспоминает: «Когда мальчики всех девчонок в классе начинали мылить, то вдруг останавливались: «Тихо, Вероника идет!», я проходила, а в следующую девочку летел снежок».

Вероника до сих пор живет в Кызылорде, но лечится в Алматы: приезжает и ложится на десятидневное обследование раз в полгода: стаж болезни 27 лет, и уже есть осложнения. Диабет как бомба замедленного действия в организме, в основном поражает сосуды, потихоньку «ест» каждый орган. У Вероники была отслойка сетчатки, которую 9 лет назад «штопали» лазером.

Вероника объясняет, что в Кызылорде тяжело с врачами. К себе в поликлинику она ходит только за инсулином и всякими приборами, а так анализы идут в Алматы.

Диабет не помешал Веронике родить двоих здоровых детей: в 21 год появилась дочь, в 29 — сын. «Мне говорили, что рожать нельзя, потому что у меня диабет, но я забеременела. Пошла по всем нашим врачам в Кызылорде, просила взять меня на учет. Одна врач уговаривала прервать беременность, я просто встала и ушла. Я сама родила дочку. На второго, конечно, пошла не сразу. Спросила врача в Алматы: «Я могу еще родить?» «А желание есть?», — уточнил он. И меня подготовили, прокололи то, что нужно, и я забеременела. И с сыном было то же самое: «Давайте прервем, будут осложнения». Меня не оставили рожать в Кызылорде, потому что в живых там бы оставили или меня или ребенка. У нас в одном роддоме педиатры сидели, в другом – эндокринологи. Поехала в Астану и там сделали кесарево».

Вероника работает в салоне красоты мастером по маникюру и педикюру. На работе все в курсе ее болезни. Первое время, конечно, были в шоке, когда видели, как она колет инсулин в руку. А сейчас привыкли, и часто уточняют, не забыла ли она про укол.

Вероника не особо ограничивает себя в еде: «Если я хочу съесть конфету или пирожное, подкалываю лишние единички. Конечно, я не ем торт кусками и конфеты килограммами, но немного себе позволяю. Колю три раза в день: перед едой, если что-то хочу съесть, то еще докалываю. У меня в сумке всегда лежат карамельки и инсулин. Конфеты на случай, если упадет сахар. Если чувствую слабость, холодный пот, то сразу достаю конфетку. Если я в городе, то стараюсь взять сладкий газированный напиток, он быстро поднимает сахар. Но только нужно сразу сесть и выпить, а если я буду идти и пить, то сахар все равно упадет, потому что физическая нагрузка».

55-летнему Нуржану Шадырову из поселка Мынбай, что в 40 километрах от Алматы, диабет поставили 7 лет назад. Он вспоминает, что сидел на работе, и вдруг пошла кровь из носа, думал, что это давление, пошел в поликлинику, там предложили проверить сахар, он оказался 21.

«Я тогда пил много воды – летом казалось, что это нормально. До болезни толком не знал о диабете, у нас в семье его не было. А сейчас чуть ли не каждый второй диабетчик. В районной больнице иду к эндокринологу, а там все время очередь. Людей так много, уже дети даже пошли».

Нуржан Шадыров считает, что заболел из-за стресса: в 2010 году стал акимом поселка, много нервничал, и буквально через несколько месяцев «получил сахар». Говорит, что в 2009 году, незадолго до назначения, лежал в больнице в Калкамане и тогда анализы были в норме. С поста он не ушел, проработал там семь лет, теперь его перевели в другое место.

Семь лет Нуржан Шадыров пил лекарства, а четыре месяца назад его перевели на инсулин. «Врачи сказали, что лекарства уже не помогают. Сейчас сахар нормальный —7,7. Знаю, что многие боятся инсулинозависимости, но врачи мне все объяснили — чем пить лекарство, которое портит почки, лучше колоть инсулин», — поясняет мужчина.

За эти семь лет с диабетом он перенес шунтирование сердца, операции на почки и глаза.

Инсулин для больных, которые зарегистрированы в поликлиниках, бесплатный, но людям не дают инвалидность. «Нас стало лишком много», — объясняет мужчина.

Когда он заболел, то сразу купил глюкометр, но для него нужны специальные тест-полоски – 50 штук стоят 5 тысяч. «Они продаются только в городе. Нам сказали, что тем, кто на инсулине, это все дают бесплатно, но сейчас их нет в аптеках. Если измерять сахар три раза в день, то получается дорого, поэтому я иногда пропускаю проверку».

О том, что у главы поселка диабет, на работе знали — скрыть это было невозможно, потому что официально оформлялись все больничные листы. Но вообще эту болезнь не принято афишировать. Когда в поселке врачи позвали жителей на прием к эндокринологу, то Нуржан Шадыров с удивлением увидел в больнице человек 40 знакомых, у которых оказался диабет.

При подготовке этого материала мы несколько раз сталкивались с тем, что люди, которым мы предлагали стать героями публикации, отказывались, потому что «стыдно перед знакомыми».

До болезни Нуржан был сладкоежкой, но теперь от сладкого пришлось отказаться, и оказалось, что без сахара вполне можно прожить. Теперь основной рацион: овощи, фрукты, и немного сливочного масла на завтрак. «Раньше нам говорили, что жир вреден, но в последнее время оказалось, что и он нужен для организма», — говорит мужчина.

«Инвалидность первой группы дадут, только если будет одна треть ноги»

Жительница Талгара 79-летняя Нина Васильева (имя изменено — прим. V) заболела диабетом второго типа в 1992 году. Она проработала медсестрой 43 года, и вспоминает, что впервые о диабете услышала в 60-х, когда мужчина впал в кому, и приезжий врач сказала, что это сахар. «А потом, словно узел развязался, стало много пациентов с диабетом. Прежде даже врачи про него не знали — впал в кому и все, а тут начали сразу же проверять на сахар».

Женщина говорит, что незадолго до того, как ей поставили диабет, она упала и получила сотрясение мозга, возможно, это спровоцировало болезнь. Когда ела сладкое, то начинало чесаться лицо. Чуть позже ставила пациенту капельницу и упала в обморок. Измерили сахар — 17.

«Когда меня впервые поставили на учет, прочитала в газете, что принимает профессор, я ноги в руки и бегом туда. Он посмотрел, объяснил и сказал: все ешь помаленьку, наедаться не надо. И чтобы все, что в огороде растет, было в салате. И я выращивала клевер, топинамбур, добавляла в салаты одуванчики. Если бы я это не ела, да не пила травы, то уже бы давно… Кто со мной тогда, в 1992-ом, на учет вставал, тех уже нет».

В 2000 году Нине Васильевой сделали операцию по удалению катаракты, постепенно начались проблемы с левой ногой — постоянно болел и не заживал палец. В ноябре 2015 года она попала в автомобильную аварию, и с ногами стало еще хуже. В феврале 2016 года из-за гангрены ампутировали левую ногу, дали инвалидность второй группы, а в августе того же года пришлось отнимать и правую. «Все это происходило в частной клинике, и врач был хороший, боролся за ноги до конца», — вспоминает женщина. Но при этом — никакой работы с психологом — как справиться со случившимся, никакой моральной помощи в адаптации. Ампутировали ноги — отправили домой. Сейчас она передвигается на коляске и живет у единственного оставшегося родного человека — у сестры.

Читайте также:  Нуга бест второе сердце сахарный диабет

Культя на левой ноге зажила быстро, а правая затягивалась очень долго, прошел почти год, но до сих пор еще осталась ранка. «Ноги мне заживила младшая сестра — делала перевязки целый год. Если бы не сестра, не знаю, где бы я сейчас была».

Помощь, которую получает от государства: лекарства, две коляски — для дома и для улицы — и ходунки. После ампутации правой ноги все медики говорили, что женщине должны оформить инвалидность первой группы, это бы означало прибавку к пенсии, государство бы оплачивало помощника — сиделку, и выдавало памперсы. Но на ВТЭК (Врачебно-трудовая экспертная комиссия) в Талгаре сказали, что инвалидность первой группы дадут, только если будет одна третья часть ноги. А так как у женщины сохранилось чуть более одной третей ног, то ей должны изготовить протез, при этом неизвестно, сможет ли она в принципе встать на него.

Одна из больших проблем, с которой сталкиваются люди, оказавшиеся в такой ситуации, как Нина Васильева — это отсутствие информации. К примеру, на лечение в Алматы в Клинику внутренних болезней она попала после того, как ей уже ампутировали ноги. «До этого врач в Талгаре говорил, что там, в Алматы, таких, как я, не лечат, хотя, как оказалось, лечат. Я не понимаю, почему она не хотела открыть портал для меня».

«Если мы не примем национальную программу по профилактике диабета, мы легко получим миллион больных к 2030 году»

Жанай Аканов, директор Клиники внутренних болезней КазНМУ им. С.Д. Асфендиярова рассказывает, что невозможно сказать, сколько на самом деле больных диабетом в Казахстане: если верить Всемирной организации здравоохранения, то это 11,5% населения страны. Жанай Аканов говорит, что по логике ВОЗ выходит, что 1 миллион 800 тысяч казахстанцев больны диабетом, но врачи такой нагрузки не чувствуют. Вызывает сомнения и официальная статистика— 289 тысяч на 2016 год, это 1,7% от популяции. «Правда где-то посередине: 4,5-5,5% действительно имеют проблемы с углеводным обменом в той или иной степени. Любо это сахарный диабет, либо преддиабет, — говорит врач. — Большинство людей вообще не подозревают, что больны, они длительное время ходят с высоким сахаром.

Первые, кто сталкиваются с диабетом — смежные специалисты. Чаще всего это стоматолог и гинеколог.

К примеру, пациент приходит и жалуется, что десны не заживают, постоянно кровят, если стоматолог грамотный, то он обязательно попросит сдать кровь на сахар. В советское время было понятие «онкологическая настороженность», как бы не пропустить онкологию. Потом в переходный период — «туберкулезная настороженность», как бы не пропустить у пациента туберкулез, потому что это ЧП и нонсенс. Сейчас, если мы не примем национальную программу по профилактике диабета, мы легко получим миллион больных к 2030 году».

Если посмотреть на официальную статистику в разрезе областей, то больше всего больных диабетом в ЮКО, ВКО, Алматы и Карагандинской области. Если показатели в Южно-Казахстанской области, Алматинской области и Алматы можно объяснить плотностью населения, то с ВКО все иначе. Высокая статистика в Восточном Казахстане связана с тем, что в регионе хорошо развита медицинская служба, люди, пережившие испытания на полигоне, постоянно проходят обследования. Правительство обратило внимание на эту область еще в 90-е годы, бросив туда лучшие силы и средства. В результате выявляемость по всем заболеваниям там выше. «Если мы сравним население ВКО и количество выявленных больных, мы можем говорить о средней экспоненте по стране — 3,3%. Это в два раза выше, чем официальная статистика и это больше похоже на правду», — говорит Аканов.

У медиков есть понятие «черный диабет» и «серый диабет». Первый — это когда человек не знает, что он болен, второй — когда знает, но не состоит на учете — чаще всего это военные, которые вынуждены скрывать недуг от государства, иначе потеряют работу.

«Если мы, к примеру, возьмем всю дивизию внутренних войск, которая охраняет Алматы, и проверим ее на гликемический гемоглобин, то мы выявим огромное количество больных сахарным диабетом, которые нигде не фигурируют. Если мы возьмем пожарных, КНБ, все наши силовые ведомства, мы ахнем, сколько там диабетиков. Диабет какой-то «умный» врач где-то в 80-х или в 90-х представил как болезнь, с которой человек не имеет права работать в силовых ведомствах. Да, в 80-х годах диабет был ЧП, потому что тогда на весь Казахстан больных было тысяч 30 или даже меньше. А в наше время никто не догадался вынести сахарный диабет из противопоказаний к несению службы. Если его уберут из списка, то люди хотя бы легализуются. Они стараются до выслуги лет работать, а потом приходят и говорят: а вот у меня диабет. Если бы я был законодателем, я бы что-нибудь сделал, но я не законодатель», — разводит руками Жанай Аканов.

В Казахстане на диабет второго типа приходится 90-91% больных. Остальные 9-10% —первого типа, и это в основном дети. Нередко диабет начинается во время беременности (гестационный тип), и затем переходит в сахарный диабет первого типа. «Диабет первого типа — это классическое повреждение бета клеток, они больше не вырабатывают инсулин и погибают в силу различных причин: аутоиммунных, генетических факторов, — поясняет Жанай Аканов. — Диабет второго типа – это уже проблема управления своим здоровьем. Избыточная масса тела, вредные привычки. Конечно, есть генетический фактор – если бабушки и дедушки болели диабетом, то можно представить, что их потомство будет иметь проблемы, но все управляемо».

Чаще всего в зоне риска находятся дети и старики. 13% казахстанцев имеют ожирение, это не такие большие цифры, если сравнивать с другими странами, но если копнуть глубже, то можно увидеть, что увеличение индекса массы тела происходит за счет детей. Связано это с неправильным питанием и гиподинамией.

«Хуже всего, что мы растим диабет с детства. Если сейчас принимать громадную профилактическую работу, то надо начинать с детства.

Нужно опять возвращаться назад: культ физкультуры, бесплатные спортивные секции, соревнования между школами.

В чем проблема фаст-фуда? Не в том, что там трансгенные жиры, а в том, что по уровню калорий он превышает то, что человек может потратить за целый день. Естественно, дети поели фаст-фуд, и пока у них есть способности бегать, они это сжигают. Но как только они жирком обрастают, бегать уже не хотят. Что касается стариков, то наши люди в возрасте предпочитают не двигаться. Гиподинамия: поел и полежал. Проводя исследования, мы каждый раз удивлялись тому, насколько люди, понимая, что у них нездоровый образ жизни, продолжают его придерживаться».

Сейчас без особых проблем можно сделать анализ на предрасположенность к диабету, но как показывает практика, даже при подтверждении опасений, поведение человека, его образ жизни не меняются.

«Важен настрой и четкий контроль»

— Когда человек узнает, что у него диабет…

— Шок. Первая реакция. Сразу играют стереотипы: гангрена, слепота, инфаркт и инсульт. Самое интересное, первое время человек боится. Потом вторая фаза – ожидание смерти хуже самой смерти, и пациент пускается во все тяжкие и понимает: о, не умер, ничего, с сахарами можно договориться! А потом проходят два-три года и возникают первые тяжелые осложнения: болят ноги, зрение ухудшается, появляются боли в сердце и человек начинает думать: все же диабет меня доканает. Мы провели еще одно исследование: все крупные осложнения появляются в течение 7-15 лет после начала болезни.

— Сколько примерно процентов пациентов диабет доводит до ампутации ног?

— У нас нет регистра по сахарному диабету и ампутации нижних конечностей. Мы можем только предположить, что около трех тысяч ампутаций пальцев, стоп, ног в год. Мы знаем, что 74% больных, переживших ампутацию, умрут в течение пяти лет после нее. Это хирург должен понимать. Когда он ампутирует ногу, это отсроченное убийство. А когда мы начали узнавать причины смерти, мы нашли, в том числе, и суицид. Так что теперь, рассчитывать ампутацию конечностей как доведение до самоубийства? А алкоголизм, который развивается после ампутации нижних конечностей, особенно у мужчин, и приводит к циррозу печени? У нас общество не приемлет нездоровых людей, хотя само здоровым быть не хочет.

— Если ты обучил пациента, и он все знает про свою болезнь — это 55% успеха в лечении. Мы открыли бесплатные школы диабета для тех, кто с ним столкнулся. Но проблема в том, что люди найдут время погулять, поехать в Турцию, но время на семидневный курс, который длится всего лишь 1 час 20 минут в день, люди не находят. То есть государство за это готово платить, но люди не ходят. Они знают, что у них диабет, что они могут ослепнуть, что у них гангрена, инфаркт и инсульт, но все равно не пойдут на обучение.

— Насколько мы продвинулись вперед в лечении диабета?

— Весь мир ушел вперед, есть целая индустрия управления сахарным диабетом. В Казахстане уходит полтора года на то, чтобы зарегистрировать новое лекарство. Чтобы зарегистрировать изделия медицинского направления (аппараты) уходит год. Медицина шагает вперед семимильными шагами, а наша бюрократическая машина отстает. Плюс пока препарат войдет в клинический протокол, пройдет еще пять лет. Соответственно в диабетологии мы отстаем от Европы как минимум на 5-6 лет, если не на 8. Потому что те препараты, которые мы сейчас собираемся исследовать, в 2008 году уже были в Европе и во всем мире.

— Уже несколько лет говорят о нехватке эндокринологов в стране. Ситуация не изменилась?

— В 2016 году картина не изменилась вообще, на 10 тысяч населения у нас 0,4 эндокринолога. Показатель должен быть от 2 до 3. А если мы присмотримся, то на западе Казахстана у нас вообще 0,2 эндокринолога. Если мы посмотрим таблицу по выявляемости диабета, то заметим, что на западе у нас ситуация очень хорошая – там практически нет диабета. Потому что нет врачей — нет диабета. Для сравнения: в Алматы – 1,1 , в Алматинской – 0,2 врачей. И то в Алматы дефицит врачей-эндокринологов составляет около 30%. В некоторых поликлиниках эндокринолог вообще отсутствует, есть приходящий из другой поликлиники.

— Сколько обходится государству лечение одного больного диабетом?

— Государство тратит на одного больного в среднем 500 тысяч тенге. Только на один инсулин уходит 11 млрд. в год. Если смотреть без госпитализации, то есть когда пациент сам управляет своим сахарным диабетом, то это тысяч 90. Сейчас наша страна закупает помпы. Программы 0-18 нигде в мире нет, это действительно факт. Детей обеспечивают помпами, расходниками, это колоссальная нагрузка на бюджет.

— Диабет — это все еще приговор?

— Если человек все соблюдает, он и здоровых переживет, у нас есть дедушки, которым по 80 лет, они заболели еще в 70-х годах и до сих пор живы. Просто важен настрой и четкий контроль. 20-25 лет назад диабет, поставленный ребенку, был большой проблемой, сейчас это не приговор. В 2012 году, когда мы открывали центр диабета, мы сделали проект «Диабет беременности». После 50-й родившей женщины мы перестали считать количество родов. Сейчас беременная женщина с диабетом — это рутина, а пять лет назад была большая проблема.

Да, мы проиграли войну с диабетом второго типа, но с диабетом первого типа идет большая борьба, все медицинское сообщество пытается с ним что-то сделать. Уже придумывают искусственную поджелудочную железу, какие-то стимуляторы бета клеток. При втором типе диабета нужно менять что-то в голове и, соответственно, в образе жизни. Надо хорошо питаться, избегать холециститов. Где холецистит, там панкреатит. А холециститом у нас страдает каждая третья женщина. Если посмотреть статистику операций желчекаменной болезни в Казахстане, то из 10 человек 8 — женщины. Женщины не могут переносить большое количество застолий и пищи. Женский организм устроен сложнее, чем мужской, а чем сложнее система, тем больше поломок.

В прошлом году министерство здравоохранения приняло дорожную карту по сахарному диабету, и ситуация немного изменилась. Сейчас центры сахарного диабета существуют в Алматы, Талдыкоргане, Шымкенте, в Кызылорде и скоро этот список пополнит Актобе. Региональные центры диабета должны открываться по территориальным принципам — там, где недостаточное количество эндокринологов, высокий уровень региональной выявляемости и распространенности. Грубо говоря, это север-юг-запад-восток и отдельно Астана, потому что это быстрорастущий мегаполис и Алматинская область — как густонаселенная. Должно быть 7-8 центров на страну.

Дорожная карта была принята в прошлом году, срок ее реализации – год. Сейчас мы находимся на стадии создания службы, дальше – больше. Сейчас мы должны понять, какие силы и средства есть и где разместить эти центры. Все сделано ради пациентов, и это не громкие слова. Вы представляете – ехать с Атырау по жаре, в поезде, в Алматы на 8 дней, чтобы лечить сахарный диабет? Это несколько дней колоть себе инсулин в антисанитарных условиях – в туалетах, потому что больные стесняются делать это в купе. Человек должен получать помощь адресно, по месту жительства. Сейчас идёт работа над этим. Министерство здравоохранения старается, но нужно, чтобы и население было социально ответственно в области диабета. В конце концов, для определения наличия диабета (гликированный гемоглобин) нужно всего три минуты.

источник